egil_uloff (egil_uloff) wrote,
egil_uloff
egil_uloff

Улофф - СССР

   Известный диктор радио Юрий Левитан рассказал мне, как вместе со спортивным комментатором Вадимом Синявским возвращались после работы домой и разговорились о том, что их относят к числу самых известных в стране людей. «Давай проверим», – предложил Синявский. Они зашли во двор, где ребята гоняли футбольный мяч. На вопрос: «Ребята, угадайте, кто мы такие?» – последовал однозначный ответ: «Жиды»

   Преемником Владимира Ленина во главе партии большевиков вполне мог стать не Иосиф Сталин, а секретарь РКП (б) Ян Рудзутакс. Об этом в интервью Latvijas Avīze (сильно националистическая латышская газета - Э.Б.) рассказали соавторы вышедшей осенью в издательстве Zvaigzne книги «Латыши на вершинах советской власти», историки Виталий Шалда и Том Кикутс.
   «Есть отдельные свидетельства, что Ленин считал Рудзутакса достойным быть на посту генерального секретаря большевистской партии, – говорит Виталий Шалда. — Если бы он им стал, думаю, такой интеллигентный человек с соответствующими полномочиями мог бы помешать развитию тоталитаризма. Как минимум, таких репрессий, как при Сталине, не было бы. Хотя возможно, что Рудзутакса «съели» бы, потому что внутрипартийная борьба уже шла».
   Историки признают, что латыши разделяют ответственность за создание советского режима и его преступлениях в 1920-30-х годах, однако их роль не была решающей. Многие из латышей, занимавших высокие посты в СССР, в условиях «Большого террора» 1930-х годов были арестованы, осуждены и казнены.
   «Вначале латышей среди чекистов и в разведке Красной армии действительно было много, – рассказывает Виталий Шалда. — Но уже в конце Гражданской войны их число заметно снизилось. То ли они, в большинстве своем, ушли сами, ища более спокойную работу, во что я больше верю, то ли их выдавили внутренними интригами».
   «Роль латышей изображают более мрачной, чем она реально являлась, – считает Том Кикутс. — Обычно по национальному принципу все латышские фамилии составляют в один ряд, якобы они действовали вместе. Но на самом деле они работали в разных организациях. Политбюро ЦК партии не состояло только из латышей, хотя они там были. Кто-то был в армии. Роберт Эйхе являлся первым секретарем большевистской партии в Западно-сибирском округе. Конечно, если брать процентное соотношение должностных лиц к количеству латышей, удельный вес будет высок. Но, если разделить это все на различные сферы жизни, то концентрация небольшая».
   И тем не менее авторы книги признают ответственность таких людей как Роберт Эйхе, который подписывал смертные приговоры тысячами. «Мы не можем стереть его вину, сказав, что это была политика Сталина», – говорит Кикутс.
   Рудзутака поэтому и отжали от борьбы за власть, что нехрен там было делать претендующему на сравнительные мягкость и интеллигентность.

   Поскольку мой дед, командарм второго ранга, заместитель наркома обороны СССР по авиации, начальник ВВС РККА Яков Иванович Алкснис был арестован 23 ноября 1937 г. и расстрелян 28 июля 1938 г., то я всю свою жизнь пытаюсь разобраться в произошедшим с ним. Да, я имел возможность знакомиться с уголовным делом деда, читать 1-й экземпляр стенограммы процесса Тухачевского с пометками знаменитым красным и синим карандашом на страницах. Процесса, на котором мой дед приговорил своих боевых товарищей к расстрелу. А ведь Роберт Эйдеман был его другом с детства, они жили на соседних хуторах. Да, с Тухачевским у него был один конфликт на бытовой почве, когда Тухачевский, известный бабник, начал приставать к моей бабушке и получил за это от деда по морде. Но за это к смерти не приговаривают.
   Приговаривают. Но конкретного человека.
   ...Ныне я думаю, а с кем мог в душе быть латыш Алкснис, когда Троцкий звал его и его соотечественников устанавливать Советскую власть на родине в Латвии, а Сталин ставил крест на этом (ведь о будущем пакте Молотова-Рибентропа в те годы никто еще не знал)? И думаю, что разговоры об этом велись в многочисленной латышской диаспоре, осевшей после гражданской войны в Советском Союзе и может дело не оканчивалось только разговорами. А ведь многие из латышей занимали в те годы высокие посты и в армии, и в партии, и в НКВД. И не только латыши. Потенциально все «инородцы» были скорее сторонниками Троцкого, чем Сталина. Все хотели революций, все хотели видеть свои страны под красным знаменем. И очевидно именно это послужило основанием для вынесения им смертного приговора. В результате прошло практически поголовное уничтожение латышей, поляков, венгров и других "инородцев", принадлежавших к советской номенклатуре или работавших в Коминтерне, поскольку очевидно появились факты и материалы, позволявшие сомневаться в их преданности Сталину, и соответственно основания подозревать в поддержке привлекательной для них идеи троцкистской мировой революции. Ну, а значит и в поддержке самого Троцкого. А ведь троцкистская мировая революция должна была осуществляться за счет Советского Союза, а вернее России. За счет ее ресурсов, ее населения. Помните знаменитый стишок: «Мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем!». И скорее всего эта перманентная троцкистская революция привела бы нашу страну к ее окончательной гибели.
   Стокгольмский синдром у потомков жертв?
   ...На самом деле новые самолеты ДБ-3Ф 21 января 1941 года перелетали с новосибирского авиазавода в Ташкент. Но то, что они потеряли ориентировку, выработали топливо и упали в тайгу
   Где они нашли тайгу по дороге с Новосибирска в Ташкент???

   Представляю Вам галерею советских плакатов социальной направленности в разделе Охраны Труда от народа.

   А чего они там делают, собственно?

   Да ну, Зюзьга давно уже никого не в силах ударить.

  Это сколько и чего надо выпить, чтобы так кислоты таскать?

   Да и потом подумай, стоит ли открывать трепало.
  Източнэг

  А вот другой вопрос, менее одиозный.
   В воспоминаниях блокадников проходит красной нитью - отопление выключили, люди жили в холодных темных квартирах. страх, голод, холод. водопровод, канализация не работали
   Люди тратили драгоценные калории на то, чтобы дойти до хлебного магазина, стояли в очередях, таскали глыбы льда. Многие становились жертвами преступников.
   Был ли вариант - сконцентрировать людей в школах, детсадах, других местах. Чтобы кормить, обогреваться, помогать друг другу? Наверное, легче обогреть помещение в 200 метров, где находится 50 человек, чем целый дом? Наверное, всех бы не спасло. Но некоторых бы точно?
   Я не смотрел комменты, но мне кажется - для такого коллективного спасания людей в то время просто не было психологической готовности ни у спасателей, ни у спасаемых. И не было понимания, как это делается.

  Тут сейчас по всем каналам поют, что во времена СССР с доступом к оружию было сложнее.
   Это - неправда. С доступом к оружию было проще.
   Во-первых, до 60-х годов охотничье оружие в СССР продавалось вообще свободно, никаких разрешений, никаких лицензий. Поэтому в деревнях в каждом втором доме была двустволка. Естественно, никто их никуда не сдавал, когда ввели разрешения и лицензии.
   У нас в ЛВ оно несколько иначе выглядело.
  
В конце 80-х когда я занимался борьбой с браконьерством мы чуть ли не на каждом выезде конфисковывали по незарегистрированному ружью. Естественно никаких сейфов. Держали эти ружья где-нибудь в чулане или под кроватью. И, наверняка, дети знали - где.
   Кроме этого, существовала мощнейшая система военно-патриотического воспитания молодежи и курс НВП в школах. То есть вот лично меня уже класса со второго начали целенаправленно учить работать с оружием в клубе юных моряков во дворце пионеров. Я туда вообще-то пришел с парусами и секстаном учиться работать, но мне заодно и пневматику в руки дали.
   А в чуть более старшим возрасте - и мелкашку. В десятом классе мы ездили на стрельбище и стреляли там из настоящего автомата.
   И у любого мужика, у которого было дома охотничье ружье, не возникало ни малейших сомнений, что сына надо таскать на охоту лет с двенадцати.
   Поэтому в шестнадцать лет у сына охотника не могло возникнуть мысли "интересно, как выглядит смерть". Потому что он к этому возрасту эту смерть сто раз видел.

  Меланхолично совершая променад по предпраздничным магазинам поймал себя на мысли, что на Новогоднюю ночь я ничего не хочу. Ну то есть вообще. Не хочу никаких изысканных яств и напитков, не хочу ничего смотреть и ничего слушать. Потому что я в любой день, если мне нужно, могу устроить посиделки с любыми деликатесами, какие только могут прийти в голову, включить любой фильм или музыку. Поэтому что такого особенного может мне предложить Новогодняя ночь? Увы, абсолютно ничего. Обычный рядовой день. Вернее ночь. В общем, украли праздник, гады!
   А как хорошо было в советское время!
   Сейчас и целой осетриной никого не удивишь. А в советское время к новогоднему столу начинали готовиться загодя, бережно собирая добытые с боем в разных местах деликатесы. Вот пара банок шпрот, купленных случайно за несколько месяцев до этого. Их есть нельзя ни в коем случае! Две банки скушали на 7 ноября, а ещё две как раз на Новый год припасено. А вот палка варёно-копчёной колбасы. Не финский сервелат конечно, но всё равно – только для Нового года. Чтобы стол был не хуже, чем у людей. И коробка шоколадных конфет «Рот-фронт». Берегутся как зеница ока от детей! Потому что это к Новогоднему столу, чтобы шампанское закусывать. И шампанское тоже полусладкое это ещё побегать, поискать. Ох как не всегда бывает. Поэтому купленная опять же случайно бутылка советского полусладкого пылится в шкафу неделями. И банка сельди иваси – стратегический запас. Кто думает, что можно съесть до Нового года, тому три года расстрела солёными огурцами. И цыплёнок специальный в морозилке уже давненько дожидается своего часа. Банка зелёного горошка Globus. И баночка вьетнамского ананасового компота. Страшенный дефицит! Лучше у хозяйки всё её золото украсть, чем эту консервную банку.
   Конечно не все продукты, предназначенные к новогоднему столу, можно было запасти за несколько месяцев до. Обязательные апельсины/мандарины, например, увы, максимум за пару недель. Потому что, во-первых, очень долго хранить невозможно. А во-вторых, в магазинах эти апельсины/мандарины появлялись совсем незадолго до Нового года. Сейчас народ избалованный. Он апельсин не ест. Ни под Новый год, ни летом. Максимум – сок пьёт свежевыжатый. Эх, люди, люди. Креста на вас нет. Из апельсина сок давить!
   ...Средний советский человек в обычные дни питался самым обычным прокормом, но на праздники его хозяйка накрывала поляну. Отсюда, кстати, и выражение «в СССР в магазинах ничего не было, но на празднике на столе всё было». Ну не всё, положим, но стандартный набор всегда был: картошка с цыплёнком/уткой/котлетами, холодец, шпроты, тарелка с нарезанной колбасой и тарелка с нарезанным сыром, винегрет, селёдка в подсолнечном масле, посыпанная луком (кто достал – зелёным, кто не достал – просто кольцами), мандарины. Это уж извините. Положено.
   Нормальные люди зелёный лук не доставали, а выращивали в банке.

   и хотя школа у нас была английская, любил выкрикивать немецкие слова и словосочетания типа Geheime Staats Polizei, собирал всё нацистское - значки, марки, картинки, части военной формы (до оружия дело не доходило, в советские годы это было невозможно).
   Высокорослый блондин с глазами навыкат, Андрюша гордился своей "арийской" внешностью и решительно не желал считать себя "унтерменшем", хотя в случае чего его мнения спрашивать бы не стали.
  Мы, одноклассники, грешным делом иногда подыгрывали Андрюше, а некоторых он насильно заставлял кричать "Хайль" и зиговать. Да-да, все это происходило в мрачные годы застоя, и никаких проблем у Андрюши не было. Кто-то скажет, что это были детские игры, но то, о чем я рассказываю, имело место в 9-10 классах, когда дети уже, прямо скажем, должны начинать соображать. Да Андрюша не просто играл, ему в самом деле нравилось то, чем он увлекался.
   Продолжал ли он увлекаться нацизмом/фашизмом после школы - не знаю.

   Еще одна открытка из переписки семейства Шумахер (предыдущие я уже выкладывал здесь  и здесь). На этот раз она призывает "в поход на борьбу с бездорожьем и разгильдяйством".


   о гибели переселенцев на острове Назино в 1933 г.
   ...Первый эшелон пристал к острову в прекрасный солнечный день. Было очень тепло. В первую очередь на берег были вынесены до сорока трупов, и потому что было тепло, а люди не видели солнца, могильщикам было разрешено отдохнуть, а затем приступать к своей работе. Пока могильщики отдыхали, мертвецы начали оживать. Они стонали, звали о помощи и некоторые из них поползли по песку к людям. Так из этих трупов ожили и стали на ноги 8 человек.
   Жизнь в баржах казалась роскошью, а пережитые там трудности сущими пустяками по сравнению с тем, что постигло эти оба эшелона на острове Назина (здесь должна была произойти разбивка людей по группам). Сам остров оказался совершенно девственным, без каких [бы] то ни было построек. Люди были высажены в том виде, в каком они были взяты в городах и на вокзалах: в весенней одежде, без постельных принадлежностей очень многие босые.
   При этом на острове не оказалось никаких инструментов, ни крошки продовольствия, весь хлеб вышел и в баржах, поблизости также продовольствия не оказалось. А все медикаменты, предназначенные для обслуживания эшелонов и следовавшие вместе с эшелонами, были отобраны еще в г. Томске.
   Такое положение смутило многих товарищей, сопровождавших первый эшелон [в] 5 070 ч[еловек] (дело в том, что еще в баржах многие из-за недостатка хлеба голодали). Однако эти сомнения комендантом Александровско-Ваховской участковой комендатуры Цыпковым были разрешены так: «Выпускай… Пусть пасутся».
   ...На второй день прибытия первого эшелона, 19 мая выпал снег, поднялся ветер, а затем [ударил] мороз. Голодные, истощенные люди, без кровли, не имея никаких инструментов и в главной своей массе трудовых навыков и тем более навыков организованной борьбы с трудностями, очутились в безвыходном положении. Обледеневшие, они были способны только жечь костры, сидеть, лежать, спать у огня, бродить по острову и есть гнилушки, кору, особенно мох и пр. Трудно сказать, были ли возможности делать что-либо другое, потому что трое суток никому никакого продовольствия не выдавалось. По острову пошли пожары, дым.
   Люди начали умирать.
   Они заживо сгорали у костров во время сна, умирали от истощения, и холода, от ожогов и сырости, которая окружала людей.
   Так трудно переносился холод, что один из трудпереселенцев залез в горящее дупло и погиб там на глазах людей, которые не могли помочь ему: не было ни лестниц, ни топоров.
   В первые сутки после солнечного дня бригада могильщиков смогла закопать только 295 трупов, неубранных оставив на второй день. Новый день дал новую смертность и т. д.
   Сразу же после снега и мороза начались дожди и холодные ветры, но люди все еще оставались без питания. И только на четвертый или пятый день прибыла на остров ржаная мука, которую и начали раздавать трудпоселенцам по нескольку сот грамм[ов].
   Получив муку, люди бежали к воде и в шапках, портянках, пиджаках и штанах разводили болтушку и ели ее. При этом огромная часть их просто съедали муку (так, как она была, в порошке), падали и задыхались, умирали от удушья.
   ...Неспособность или нежелание организовать обслуживание людей дошли до того, что когда впервые привезли на остров муку, ее хотели раздавать пятитысячной массе в порядке индивидуальном, живой очередью. Произошло неизбежное: люди сгрудились у муки и по ним была произведена беспорядочная стрельба. При этом было меньше жертв от ружейного огня, чем затоптано, смято, вдавлено в грязь.
   Надо полагать, комендатура острова и ее военные работники, во-первых, мало понимали свои задачи по отношению людей, которые были под их началом и, во-вторых, растерялись от разразившейся катастрофы. Иначе и нельзя расценивать систему избиений палками, особенно прикладами винтовок, и индивидуальные расстрелы трудпоселенцев.
   ...Мародерство захватило и некоторых стрелков, за хлеб и махорку скупавших золото, платье и др. По острову установились цены: новое пальто — Ѕ булки или 1 пачка махорки, 1 пач[ка] махорки — 300 руб., два золотых зуба или четыре коронки или два золотых.
   ...Например, 3 августа с Назинской: базы на уч. № 5 была отправлена со стрелком т. Шапита лодка с людьми. Их нигде не снабдили, и они оставались голодом, проезжая участки, прося хлеба. Им нигде не давали, и из лодки на каждом участке выбрасывали мертвых. На 5-й участок прибыло 36 ч[еловек], из них мертвых 6 ч[еловек]. Сколько человек выехало, так и не удалось установить.
   В результате всего из 6 100 чел., выбывших из Томска, и плюс к ним 500–600–700 чел. (точно установить не удалось), переброшенных на Назинские участки из других комендатур, на 20 августа осталось 2 200 человек.
   ...Есть люди, завербовавшиеся для работы на окраинах СССР, получили подъемные (по их словам, конечно) и, несмотря на наличие на руках исчерпывающих документов, во время проезда Москвы взяты. Все эти люди не могут обжаловать [свой арест]: нет бумаги (даже денежные документы работники комендатуры пишут на бересте).
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 992. Л. 20–30
   Ну и построили там что-то похожее на Саласпилсский мемориал? Вопрос риторический.


   В 1962 году был создан шестиместный микроавтобус (по нынешней классификации — минивэн) ЗАЗ-970В. Сиденья второго и третьего ряда были сконструированы складывающимися, поэтому автомобиль был, по сути, грузопассажирским — при сложенных двух задних сиденьях он мог перевозить 175 кг груза, а при сложенных двух рядах сидений — 350 кг груза.


   Искал я тут недавно в нете места своей службы в СА и наткнулся на следующий опус. Шауль Резник с его разделом "Bukharian" наверняка бы оценил. Итак:
"Прочитав в газете о конкурсе «Дембельский альбом», я вспомнила, что у моего дедушки Сабира Акрамовича Узарова целых два альбома с солдатскими фотоснимками, и решила расспросить его о службе в армии. Он рассказал:
- Служил я с 1967 по 1969 годы. Сначала был курсантом, учился шесть месяцев на командира отделения. Получил звание младшего сержанта в городе Добеле-1 в Латвийской ССР. Ну а потом служил в Калининграде в артиллерийском полку, заместителем начальника ремонтной мастерской. Закончил службу в звании старшины. За два армейских года было очень много интересных и весёлых моментов. Многие из них запечатлены на снимках. Вот, например, как появилась моя фотография с баяном. В свободное время мы помогали местным жителям - немцам убирать на полях картошку, свёклу, капусту…."
Шахноза ХАТАМОВА

  - А еще от бандитов прятались, - тоже как будто не слышит, - там много бандитов было разных в двадцатые. И евреи и белорусы и русские. За белых, за красных. Но главными у них всегда украинцы. Как главный бандит - так украинец обязательно. То евреи у нас прячутся, то мы у евреев. Или у белорусов с украинцами. Главное не перепутать, куда от кого бежать. Меня с этой путаницей вообще в люльке дома забыли, когда убегали. Восемь детей, пока разобрались, кто нести должен, все уже убежали прятаться. Потом поп забрал и куда надо отнес.
   - Попа, кстати, репрессировали. Бандиты. Или наши, я не помню. Сына его помню. Он в университет хотел поступать, а его не приняли потому что попович. Так он на Дальний восток уехал. Там фамилию поменял и вернулся. В университет поступил, потом учительствовал. Немцы расстреляли как учителя. Но он еще и евреев у себя прятал. Вот там сейчас все этим и кончится. Страшно телевизор смотреть. Было же уже все это.

   Накануне присоединения Западной Украины к СССР во Львове жило 2,5-3 тысячи русских, действовали две русские гимназии, выходила газета на русском языке. Русская жизнь концентрировалась вокруг Георгиевского собора (по нынешней улице Короленко). При Львовском университете существовал Русский студенческий союз (не путать с Русинским союзом, который там тоже был). Эти русские люди первыми стали жертвой чекистов.
   Первыми расстрелянными чекистами в злопамятной тюрьме по ул. Лонского были русские люди, жители Львова. Жаль, что когда уже про независимой Украине там создавался музей и были установлены мемориальные плиты, то не упомянули русских вместе с расстрелянными там украинцами, поляками и евреями. По словам львовского краеведа Марко Симкина украинские власти Львова не хотели никаких упоминаний русских. Похоже, что для некоторых украинских деятелей невероятно слышать, что жертвами сталинского террора были кто-то еще, кроме украинцев.
   Несколько лет назад во Львове было создано Общество детей репрессированных. Мой отец Борис Дорфман хорошо известный во Львове общественный деятель тоже пошел туда записываться, потому, что его родителей арестовали сразу после советской оккупации. Мой дед Муня (Мендель) Дорфман погиб в Степлаге в 1942 году, а бабушка Молка Дорфман выжила в Красноярском крае, а затем всю жизнь ее преследовали и арестовывали. В обществе папу удивленно спросили, что, мол, евреев тоже репрессировали? Впрочем, на установленном на Яновском кладбище памятнике репрессированным, русские жертвы упомянуты вместе с другими национальностями.

   Проснулась среди ночи от кошмара. Мне приснилось, что я опять в своей московской коммуналке. У меня маленький ребенок и кот, а соседка шипит, что если еще раз увидит кого-то из них в коридоре, то обольет кипятком. И я ей верю, потому что она не раз нападала то на мою бабушку, то на мужа.
   Попыталась понять, с чего бы вдруг такой сон. Больше 20 лет я не живу в России и больше 30 – в коммуналке. Поняла, что это отголоски поста olhanninen, в котором автор спрашивает, ностальгируют ли читатели об СССР.
   Раз россияне, судя по ими же в Интернете, остались такими же - то должны бы.

   дедушка перед войной был начальником почты. Когда после немецкой оккупации и правления националистов Виленщину «освободила» Красная Армия, дедушка стакнулся с российскими саперами, ремонтировавшими железнодорожные пути, и получил от них — честно говоря, за бутыль самогона — бумагу, в которой говорилось, что он является «железнодорожным инженером». Вслед за линейными войсками на Виленщину пришли энкавэдэшники. «Буржуазный начальник почты Сапковский, — заявили они, — собирайтесь!» Дед спокойно вытащил «железнодорожную» бумагу и сказал, что произошла ошибка, никакой он не начальник почты, а «железнодорожный» Сапковский, рабочий и пролетарий. — Наркомвнудельцы поглядели, махнули рукой и ушли. Даже проскрипционных списков не сумели толком составить.

    Продолжаю радоваться самобытному и светлому, но, иной раз, пугающему советскому искусству. (Ссылка не работает, zina_korzina с чего-то удалилась.) Сегодня делаю подборку плакатов и картин, большинство из которых неизвестно или малоизвестно массовому зрителю. Начну вот с этого брутального плаката. Остальные изображения не менее радостны и вызывающи, хотя, признаться, есть несколько очень красивых (в эстетическом смысле) картин. Да, все иллюстрации - довоенные. В основном, 1930-х годов, а в искусстве того периода иной раз допускались некоторые стилистическое вольности. В общем-то, ещё раз убеждаемся в том, что в СССР искусство было всяким - и красивым, и странным, и великим, и забавным.

Физкультуру на службу обороны СССР. В. Пшеничников (1927).


Всероссийский праздник труда 1 мая. П.Бучкин. (1935).
  - На "всероссийском празднике..."почему-то сажают дерево без корней...


   Судя по его окну, шпион Латвии детектед.


Мотоциклетный пробег жен инженеров. А. Яр-Кравченко (1937).
  - рисовали именно жён инженеров. С натуры. Конкретных.
  А инженёры ездят позади на машинах и чинят. И, кстати, спереди мотоциклов опять латвийские флаги, даже специфические цвет и пропорции соблюдены. Улманысу бы понравилось.
   Лично я взяла вот тут.  ТЫЦ!

   Радиостанция «Серебряный дождь» и общество «Мемориал» выпустили компакт-диск «Неизвестная победа». С воспоминаниями москвичей о жизни города во время войны.
   Несколько историй из него. Тем, кто считает любое упоминание о военных трудностях, очередях, дезертирах, карточках и спекулянтах – это очернение нашей славной героической истории – лучше не читать.
   ...В городе 16 октября практически прекратилась жизнь учреждений. В сберкассах во мраке готовились к сожжению документов, в некоторых наркоматах никого не было. В полутемном ГУМе «купил три кило свеклы. О радость!» На родной Преображенке у мясомагазина увидел, как работники магазина тащили домой окорока. На фабрике им. Щербакова работники били директора, который пытался удрать с имуществом на автомобиле.
   Даже неделю спустя, 23 октября с неба «падает черный снег. Это остатки документов, сожженных в печах центрального отопления. Маленькие черные бабочки».
   7 ноября 1941 года. «Невеселый праздник. По улице идет „демонстрация“ — две сотни женщин и мужчин, подтянутые поясами с лопатами и ломами на плечах. Холодно, ветер, падает тяжелый снег. Огромные очереди за картошкой и хлебом. Радио все утро хрипело и срывалось. Говорят, что это немцы „сбивают волну“... В параде на Красной площади участвовало несколько сот танков. Это очень успокоило москвичей.

   Родилась я еще при Никите Хрущеве, но когда мне было полгода, его скинули с трона. И вскоре после этого его любимая кукуруза исчезла из продажи.
При Никите ею было все завалено. Мой двоюродный брат покупал консервированную кукурузу ящиками. Кинул на сковородку, добавил маслица - и лопай от пуза. И если внезапно придут гости, тоже есть, чем их накормить. Дешево (10 копеек банка), просто, вкусно и сытно.
   Но в моем сознательном возрасте кукуруза осталась только на картинках в книге "О вкусной и здоровой пище". И еще - в художественной литературе. Герои Марка Твена, О'Генри и Джека Лондона постоянно лопали кукурузу или кукурузные лепешки. Даже трубки у них были из кукурузных початков. Потом подоспел Фазиль Искандер. На страницах его рассказов смачно ели кукурузную кашу - мамалыгу. В его изображении это было почти библейское блюдо:
   "...Перед домом, чуть левее шатра, был разведен костер, на котором в огромном средневековом котле уже закипала мамалыжная заварка. Мужчины хлопотали вокруг огня. Рядом к инжировому дереву был привязан довольно упитанный телец".
   У меня слюнки текли, но...
   Ни в московских магазинах, ни на рынках не было кукурузы! И уж тем более - кукурузной муки или крупы.
   Единственным относительно доступным продуктом были кукурузные хлопья. 5 копеек за коробку хлопьев без сахара, 7 копеек за хлопья с сахаром. Они продавались в кафе, рядом с метро "Лермонтовская" ("Красные Ворота"). И туда мы с мамой ездили. Если везло - выстаивали очередь и покупали сразу по десять пачек хлопьев с сахаром и хлопьев без сахара. С молоком я их не смешивала. Просто клала в рот и наслаждалась необычным вкусом.
   А о настоящей кукурузе оставалось только мечтать.
   И вот, однажды, на Бауманском рынке, куда мы ездили за овощами и зеленью, мы увидели ЕЕ. Царицу полей. Ободранную, старую. Желтую и твердую, как камень. По дикой, несуразной цене - 50 копеек початок.
   Я уговорила маму и мы купили три штучки. Дома варили ее часа три, пока она не стала относительно мягкой. А потом я с энтузиазмом сгрызла полтора початка. С маслом и солью. Мне было 12 лет и это была первая кукуруза в моей жизни.
Tags: 3ss, sssr, uloff
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments